Потерянные цивилизации
 

 

 

 

 

 

 

 

       Главная
       Статистика
       Контакты

 

 

 


 

 

 





  Древне-Римская цивилизация / Образование Римской державы. Кризис республики:Образование Римской державы. Кризис республики
   
  Образование Римской державы. Кризис республикиНароды и племена, с которыми соприкоснулся Рим, стояли на разных стадиях социально-экономического, политического и культурного развития. Война с Карфагеном (первая Пуническая война) велась в основном за господство над землями Сицилии и доступ к металлам Испании. Она длилась более 20 лет и окончилась в 241 г. до н. э. победой Рима над флотом пунов под командой Гамилькара Барка.Часть Сицилии переходила под власть римлян и становилась первой заморской римской провинцией, управлявшейся римским наместником — командиром оккупационных войск, и обязана была уплачивать Риму десятую часть урожая и налоги на пастбища. Греческие города Сицилии были объявлены свободными и не платили налогов. Вскоре Рим захватил Сардинию и Корсику, ставшие второй провинцией.

Потери римлян в этой войне были велики. Они лишились в общей сложности 600 судов, число граждан за 30 лет уменьшилось на 20 тыс. человек. И все же в 229 г. до н. э. Рим смог послать 200 судов против иллирийских пиратов, захватить о-в Керкиру и заставить города Аполлонию и Эпидамн признать свой протекторат. За 225—218 гг. римлянам удалось разбить племена лигуров и кельтов на севере Италии, образовать новую провинцию — Цизальпинскую Галлию и основать там колонии, проведя наделение землей беднейших граждан. В интересах плебса в народном собрании было введено тайное голосование. Но, несмотря на внутреннюю демократизацию, основой внешней политики Рима была поддержка аристократии у тех племен и народов, с которыми он воевал Победы облегчались поддержкой проримской знати, которая нередко предавала интересы своих сограждан

Между тем карфагеняне стремились к реваншу Активно готовился к войне с Римом сын Гамилькара Барка, один из талантливейших полководцев и дипломатов древности, Ганнибал. Он собирал силы в Испании и рассчитывал на союз с галлами и всеми недовольными римским владычеством в Италии и Сицилии, а также на союз с царем Македонии Филиппом V, который опасался усиления влияния Рима на Адриатике.

Переломным пунктом в истории Средиземноморья и самого Рима явилась вторая Пуническая война Она продемонстрировала способность римлян оправляться после самых сокрушительных поражений. Победы вторгшегося в Италию Ганнибала при Тичино, Требии и особенно при Каннах 2 августа 216 г до н. э., где пало 50 тыс римских войск, переход на его сто рону Капуи, Тарента и других городов юга Италии и Сицилии, разгром римского войска, посланного в Испанию, казалось, делали положение Рима безнадежным.

Но римляне сумели выйти победителями, действуя и как искусные воины (под командой Фабия Максима они от открытых сражений перешли к тактике мелких стычек и «выжженной земли», изматывая армию Ганнибала), и как дипломаты. Они сколотили союз городов Греции против Македонии и части иберийских царьков против карфагенян. Филипп V был вынужден заключить с ними мир. Постепенно отвоеваны были города Италии и Сицилии. Молодой, исключительно талантливый полководец Публий Корнелий Сципион (будущий победитель Ганнибала, прозванный Африканским), высадившись в Испании, взял считавшийся неприступным Новый Карфаген и изгнал карфагенян с Иберийского п-ова. В 204 г. до н. э. он перенес войну в Африку, где заключил союз с царем Нумидии Масиниссой. Отозванный из Италии Ганнибал встретился со Сципионом в битве при г Зама (осень 202 г. до н. э.), был разбит и бежал к царю Антиоху III. Карфагеняне должны были принять мир на любых условиях: за 50 лет им предстояло выплатить 600 млн денариев, они выдали боевых слонов и флот (кроме 10 судов), им запрещалось без санкции Рима самостоятельно воевать.

По современным подсчетам, вторая Пуническая война стоила римлянам 200 млн денариев, втрое дороже, чем первая. За время этой войны, когда римляне должны были содержать 36 легионов и 150 судов, очень выросли цены. 400 италийских поселений было разрушено, многие земли Лукании и Апулии обращены в пастбища. Правда, теперь римской провинцией стали вся Сицилия и юг Испании с его серебряными рудниками. Началась жестокая расправа с теми, кто поддерживал Ганнибала. Капуя лишилась земли и статуса города, в рабство было продано 32 тыс. жителей Тарента, 40 тыс. лигуров выселены в окрестности Беневента. В Северной Италии основывались новые колонии, а земли местных общин присоединялись к римской общественной земле. Они были открыты для оккупации за ренту в '/ю с зерновых и '/5 с древесных культур и за налог на пастбища. Колонисты получали от 5 до 50 югеров, а в колониях ветеранов командирам отводилось по 100—140 югеров. По всей Италии шло межевание земель, строительство дорог, мостов, городов. Колонизация и перемещение населения ускорили романизацию Италии, распространение римских культов, языка, городского устройства с сенатом и магистратами.

Открылись новые источники обогащения. Отсутствие государственного аппарата обусловило введение системы откупов на подати с провинций, ренты с общественных земель, разработку испанских серебряных рудников, где было занято 40 тыс. рабов, на строительные работы. Поскольку все это требовало капиталовложений, непосильных одному откупщику, откупщики и подрядчики образовывали компании, в которые входили и малоимущие люди, получая доходы в соответствии со взносами. Судя по словам Полибия, чуть ли не весь римский народ составлял нечто вроде акционерной компании по эксплуатации провинций и самой Италии. Римская экономика стала быстро развиваться. Богатели не только крупные, но и средние предприниматели, вкладывавшие деньги в основном в приобретение земли. Состоятельные люди скупали имения — виллы в разных районах Италии. Рост городского населения создавал рынок для сельскохозяйственной продукции. Погоня за прибылями стала всеобщей. Росла потребность в деньгах, что вело к развитию ростовщичества, которое было тяжелым бременем для провинции.

Результатом упомянутых процессов было распространение по Италии вилл средней величины (100— 250 югеров) и крупных пастбищ. Первые производили зерно, виноград, оливки, овощи, фрукты; вторые— мясо, молоко, шерсть, перерабатывавшуюся городскими ремесленниками. Города специализировались на производстве тех или иных ремесленных изделий. Требовалась дополнительная рабочая сила, росло число рабов. С этого времени в Риме и Италии в целом быстро развивается, достигая наивысшего для времен античности расцвета, рабовладельческий способ производства. Рабы и рабовладельцы становятся основными антагонистическими классами римского общества.

Виллу с 10—15 рабами описал Катон в своем трактате о сельском хозяйстве. У него все строго регламентировано: количество и рацион рабов, нормы выработки, обязанности управляющего — вилика, условия найма временной рабочей силы в страдную пору и для строительства, преимущества покупки инвентаря в том или ином городе. Некоторые историки считали, будто вилла Катона была неким аналогом капиталистического предприятия, но его трактат ясно показывает резкую разницу между простым товарным и капиталистическим производством. Ставя целью не ускорение оборота капитала, не расширенное воспроизводство, а накопительство, хороший хозяин должен продавать, а не покупать, учил Катон. Владелец старался все произвести в своем имении. Вряд ли такая вилла давала доход, сравнимый с доходом от морской торговли, откупов, ростовщичества. Но по сравнению с мелким крестьянским хозяйством рабовладельческая вилла имела ряд преимуществ. Простая кооперация и разделение труда повышали ее эффективность. Можно было покупать лучшие орудия труда — плуги, прессы для оливок и винограда и т. д. Распространение вилл способствовало подъему сельского хозяйства.

Рабство стало проникать и в ремесло. Возрастание роли рабов в производстве сказалось на их положении. По закону Аквилия они приравнивались к Скоту: за ущерб, причиненный рабом, господин отвечал так же, как за ущерб, причиненный четвероногим; за преступления раба, совершенные по приказу господина, отвечал господин. Родственные связи рабов не признавались: раб мог иметь сожительницу, но не жену. Считалось, что он не имеет и отца. Владелец виллы поддерживал трудоспособность рабов, как и рабочего скота, но раб не считался личностью. В городах положение рабов было несколько лучше. Господа иногда выделяли им небольшое имущество (пекулий), позволяли наниматься на работу на стороне; они могли даже скопить деньги на выкуп. Городские рабы проще общались со свободными, посещали зрелища, участвовали в коллегиях плебеев, но и здесь рабов презирали, и они в целом оставались вне общества.

Выгоды, полученные от войны с Карфагеном, толкали римлян на дальнейшую экспансию на восток и на запад. На востоке римляне вмешались в дела эллинистических государств. Переманив на свою сторону иллирийцев и греческие города, римские войска под командой Тита Квинкция Фламинина разбили Филиппа V. Фламинин на Истмийских играх объявил «свободу» греческим городам, за что греки причислили его к богам.

В 189 г. до н. э. был разбит Антиох III. В 148 г. до н. э., подавив восстание в Македонии, римляне обратили ее в свою провинцию. Два года спустя М. Муммий разрушил Коринф. Свободу сохранили только Афины, Спарта и Дельфы, остальные греческие города были подчинены наместнику Македонии. Наконец, в том же 146 г., после короткой третьей Пунической войны, внук Сципиона Африканского Сципион Эмилиан разрушил Карфаген, предав проклятию земпю этого вечного соперника Рима. Все владения Карфагена составили римскую провинцию Африка. По завещанию друга Рима, пергамского царя Аттала III, римляне получили его царство — провинцию Азия. Завоевания II в. до н. э. произвели переворот в жизни Рима. Несмотря на военные расходы, приток добычи и податей был так велик, что правительство перестало прибегать к трибуту.

Меняется социально-политическая структура общества. Выделяется нобилитет — круг знатных семей, присваивавших монополии на магистратуры; постепенно конституируется второе привилегированное сословие — всадники. К нему принадлежали люди богатые и знатные. Иногда сюда же относила воинских трибунов, видных граж дан италийских городов, известных ораторов, юристов. Хотя сенаторы и всадники принадлежали к одном) классу крупных собственников (часто и к одной знатной семье) между ними началось соперниче ство за право эксплуатации провин ций — возможность грабить их в качестве откупщиков или наме стников.

Вместе с тем усиливалась дифференциация и среди плебеев Сельский плебс, отвлекаемый от хозяйств постоянными войнами и страдавший от захвата своих участков, разорялся, терял землю, по падал в долговую кабалу. Подрывалась боеспособность армии, пада ла дисциплина. Городской плебс занятый ремеслом, мелкой торгов лей, работой на строительстве, был менее заинтересован в земле, чем в дешевизне продуктов питания, в снижении высокой платы за жилье.

Для него было крайне важным усиление власти народного собрания и народных трибунов для ограничения могущества сената и нобилитета.

Большие изменения происходили в культуре римского общества. Усложнение экономической и политической жизни создало потребность в образованных людях, могущих стать помощниками и агентами магистратов— наместников провинций, возглавить умножавшиеся ремесленные мастерские. Эти потребности удовлетворялись за счет «импорта» образованных рабов-греков. Расширились и укрепились связи со всеми областями Средиземноморья. Вместе с тем оппозиция Риму в покоренных странах привела к распространению пророчеств, предрекавших скорое падение Рима и обращение римлян в рабство. Греки втайне презирали римлян, считая их жестокими варварами. Наиболее дальновидные римские политики, среди которых ведущую роль играли Сципионы и их окружение («филэллины»), понимали, что такая репутация подрывает авторитет римлян.

Они стали изучать греческий язык, литературу, философию. Покупали образованных греков-рабов (известно, например, что греческий грамматик Дафнид был куплен за 700 тыс. сестерциев, тогда как средний раб стоил около 2 тыс.) для обучения своих детей. Многие из таких рабов затем получали свободу, прославившись как риторы, грамматики, писатели, открывали школы для детей плебеев. Грамотность стала распространяться среди народа и даже среди рабов. Богатые люди посылали сыновей в Афины, Эфес и другие города Греции и Малой Азии слушать лекции прославленных ораторов и философов. Некоторые из них переселились в Рим, как, например, историк Полибий, философы Посидоний и Панетий, дружески принятые в кружке возглавлявших «филэллинов» Сципионов. Римские нобили стали писать для греков и по-гречески историю Рима, чтобы доказать добродетели римлян, восходящее к Энею родство римлян с троянцами, а тем самым и с греческим миром. Троянским и греческим героям приписывали основание ряда италийских городов. В свою очередь греки, примирившиеся с владычеством Рима, доказывали общность греческих и римских установлений, культов, обычаев.

Для пропаганды великой миссии Рима много сделал Полибий. Он написал «Всемирную историю», вернее, историю римских войн и побед, обусловленных не только римскими добродетелями, но и их совершенным политическим строем, совмещавшим преимущества монархии (представленной магистратами), аристократии (представленной сенатом) и демократии (представленной народным собранием). Идеальное политическое устройство, объединяющее граждан, предоставляющее каждому подобающие ему права при соблюдении обязанностей, почитание богов, честность, патриотизм делают Рим, по его словам, несокрушимым, единственно способным создать обширную державу и управлять ею к ее же пользе.

Мысли Полибия отвечали неослабевающему интересу греков к вопросам политического устройства и привлекали их внимание. Для римлян же они легли в основу их политических концепций. Образованные римляне знакомились с греческими философскими школами. Вместе с философией осваивалась и эллинистическая наука. По словам Полибия, каждый военачальник должен знать астрономию, чтобы по созвездиям определить время, продолжительность дня и ночи, уметь предсказать солнечные и лунные затмения. Варрон в своем агрономическом трактате, указывая, с восходом какого созвездия следует начинать те или иные работы, считал, что определять восход созвездий должен уметь не только хозяин, но и вилик.

Под влиянием греков совершенствовалось ораторское искусство, необходимое для победы на диспутах в народных собраниях и судах. Умение убеждать предполагало знание логики и психологии для воздействия на эмоции слушателей. Интерес к психологии стал одной из отличительных черт римской культуры. Разрабатывалось право, которое очень усложнилось со времени «Законов XII таблиц». Понтифики разрабатывали и уточняли детали отправления культа и ритуала.

Во время второй Пунической войны, отчасти чтобы ободрить граждан надеждой на помощь богов, давались обеты, учреждались игры; отчасти чтобы сблизиться со своими греческими союзниками, сенат стал включать в пантеон чужеземных богов — Венеру Эруцину, названную так по ее знаменитому храму на горе Эриксе в Сицилии, великую мать богов Кибелу, почитавшуюся в Пергаме на горе Иде, бога врачевания Эскулапа. Праздник в честь Сатурна—Сатурналии— был преобразован по образцу греческих Кроний, напоминавших о золотом веке изобилия и равенства. Господа угощали своих рабов, которые наряду со свободными участвовали в карнавальном празднике. Растущей популярностью пользовались гладиаторские игры.

По греческому образцу перестраивались сценические представления. В Риме появилась целая плеяда талантливых драматургов и поэтов, в основном из чужеземцев, отпущенников и простого народа. Авторы обычно брали за образцы греческие трагедии и комедии. Из большого числа сочинений до нас, к сожалению, дошли лишь фрагменты. Правда, полностью сохранились комедии Плавта и Теренция. Теренций (около 195—159 гг. до н. э.) был вольноотпущенником, но, несмотря на это, принят в кружке Сципионов. Его комедии, написанные изысканным языком, широкой публике казались скучными. Комедии же выходца из низов Плавта (около 254—184 гг. до н. э.) были чрезвычайно популярны. Он, как и Теренций, брал за основу греческие комедии, наполняя их множеством подробностей, заимствованных из римского фольклора, быта, судебной практики, веселя зрителей шутками. Главным героем комедий Плавта был ловкий, неистощимый на выдумки раб, обычно помогавший сыну хозяина обмануть его скупого отца, выманить у него деньги. Каждому персонажу комедии полагалось выступать в костюме и парике, соответствовавших его характеру. Представления сопровождались игрой на флейте. Ставились пьесы и из римской жизни — так называемые тогаты в отличие от греческих «паллиат». В «паллиатах» раб мог быть умнее господина, в «тогатах» — нет. На италийской почве возникли «ателланы» (от названия кампанского города Ателла) с персонажами-масками: глупец, обжора, плут, скряга.

Многочисленны были писавшиеся на сюжеты греческих мифов трагедии. Традиция сохранила нам имя одного из первых трагиков, уроженца Тарента, отпущенника Ливия Андроника (около 284— 204 гг. до н. э.), который перевел также на латынь «Одиссею». Известны трагедии Энния, Пакувия, Акция и др. Читая и слушая их произведения, римляне познакомились с греческими мифами, стали отождествлять своих богов с греческими, прибегать к кратким афоризмам, заимствованным у греческих философов. Участник первой Пунической войны Невий (около 270—200 гг. до н. э.) написал эпическую поэму о войне, начав ее со странствований Энея. Разнообразным было творчество уроженца г. Рудии Энния. Он написал много трагедий, «Анналы» — историю Рима в стихах, исполненную патриотизма, перевел «Священную хронику» Эвгемера, доказывавшего, что боги — это древние цари и герои. Близкий «филэллинам» поэт Луцилий (около 180—102 гг. до н. э.) писал сатиры, осмеивая страсть к роскоши и погоню за прибылями.

Для знакомства с греческой культурой не только знати, но и народа большое значение имело скопление в Риме вывезенных из греческих городов картин и статуй, выставлявшихся на площадях и в храмах и служивших образцами для римских мастеров. В Рим ввозились также книги: Эмилий Павел, например, привез библиотеку царя Персея. Расширялся культурный горизонт, Рим знакомился с традициями других народов и усваивал их.

Однако не только в социально-экономической и политической сферах, но и в области культуры начался раскол. В высших слоях росло презрение к простому народу. Луцилий дал определение добродетели как знания, доступного лишь образованному человеку. Эта признанная в верхах концепция была выражена следующим афоризмом: «Добродетель — это мудрость, но плебс ее не имеет». Луцилий доказывал, что следует искать одобрения лишь у людей утонченных и образованных, а не у толпы. Поэты и драматурги, как люди неполноправные, искали покровительства у знатных семей, становились их клиентами, сопровождали своих патронов в походах и славили их победы. Так, Сципиону Африканскому приписывали происхождение от самого Юпитера. Энний посвящал ему стихи, выражавшие восторженное восхищение. Римские полководцы становились в провинциях патронами разных городов и племен, им посвящались храмы, в их честь высекались надписи. В среде знати росли надменность и индивидуализм.

Все это не могло не вызвать реакцию как среди высших сословий, так и среди плебса. Одной из форм борьбы оппозиция считала выступление против эллинской культуры. Возглавлял оппозицию Катон, один из немногих выходцев из простого народа, сумевших возвыситься, добиться консулата и должности цензора. Среди плебеев он пользовался славой несгибаемого ревнителя «нравов предков». Его личные и политические распри со Сципионами дополнялись борьбой против роскоши и славолюбия. Он активно выступал против противопоставления своего блага благу общественному. Особенно враждебно Катон и его единомышленники были настроены против греческой философии и риторики. Они считали, что эти науки «развращают юношей». Греческие философы и риторы неоднократно высылались из Рима, но остановить проникновение эллинистической культуры эти меры, конечно, не могли, как не могли остановить естественного исторического процесса.

Культура, привносимая в Рим из городов Греции и Малой Азии, была уже не эллинской, сложившейся на основе классического полиса, а именно эллинистической, формировавшейся в государствах с монархическим правлением, разрушившим характерное для полиса коллективное, общинное мировоззрение. Рим же, хотя и становился главой обширной державы, еще сохранял черты античной гражданской общины. По крайней мере в сознании большинства его граждан жили еще ценности, освященные «римским мифом». А с ними не могли согласовываться ни стоическое учение о равенстве всех людей, поскольку римляне не признавали своего равенства не только с рабами, но и с Перегринами, ни учение о безразличии ко всему, кроме добродетели и порока, поскольку римский гражданин не мог пренебречь судьбой Рима, а добродетель и порок определялись не личным суждением «мудреца», а общественным мнением, соответствующим установлениям «предков».

Не мог быть принят эпикурейский тезис «жить незаметно», вдали от общественной жизни, поскольку долгом римлянина было участие в жизни общества, как подобает гражданину, воину, отцу фамилии, обязанному приумножать ее достояние как часть достояния всего гражданства. Скепсис Новой Академии платоников, отрицавших критерии истины и возможность быть в чем-то уверенным, мог подорвать веру в непреходящие ценности. И потому недаром Катон выслал из Рима платоника Карнеада, демонстрировавшего свое умение доказывать прямо противоположное (он произнес речь «за» и «против» справедливости), а сенат закрывал иногда риторические школы, где, как многие думали, риторы-греки учили юношей умению доказывать нечто ложное, чтобы, выступая в суде, избавить преступника от заслуженной кары. Чуждо тогдашней идеологии народа было и пифагорейство с его аристократизмом, сложными, доступными лишь «избранным» математическими теориями мироздания. Оппозиция против эллинистических влияний была по существу оппозицией идеологии общинной, коллективистской против этики индивидуализма. Последняя же находила сочувствие у тех нобилей, которые, как победоносные полководцы, претендовали на особое положение и в Риме чувствовали себя стесненными узкими и суровыми нормами «предков».

Противоречия между социальными слоями еще более обострились, когда с ростом числа рабов и усилением их эксплуатации сопротивление рабов стало принимать опасные формы. Несколько вспышек волнений среди них произошло в первой половине II в. до н. э. В 80-х гг. восстали рабы-пастухи в Апулии, но были подавлены. Настоящей угрозой для рабовладельцев стало начавшееся в 138 г, до н. э. восстание рабов в Сицилии. Землевладельцы этой провинции особенно жестоко эксплуатировали рабов, в основном выходцев из Сирии и Малой Азии. Под руководством сирийца Эвна те восстали.

Эвна считали пророком, и он был избран царем под именем Антиоха. Другое восстание возглавил киликиец Клеон, объединивший свои силы с Эвном. Центрами восстания стали города Энна и Тавромений. Отряды повстанцев быстро росли, так как к ним примкнули крестьяне. Римские армии, посланные против Эвна и Клеона, терпели поражения. Только в 132 г. до н. э. им удалось взять мятежные города, и то ценой предательства.

Рабы восставали на Делосе, Хиосе, в Аттике. Лишь с большим напряжением сил властям удалось подавить их выступления.

Восстания рабов и сельской бедноты угрожали прочности Римской республики. Часть нобилей стали понимать необходимость реформ, способных возродить крестьянскую армию и сплотить граждан. Среди них был Тиберий Гракх, человек знатного рода, по материнской линии внук Сципиона Африканского, ученик греческого философа Блоссия, участник войн в Испании, где он воочию убедился в плачевном состоянии римской армии. Избранный на 133 г. до н. э. народным трибуном, он предложил законопроект, по которому на общественных землях можно было занять не более 500 югеров (плюс еще по 250 югеров на двух взрослых сыновей). Излишки же изымались и распределялись участками в 30 югеров среди бедноты. По существу законопроект не шел вразрез с традицией, признававшей за гражданской общиной верховную собственность на землю и право распоряжаться ею. Но он натолкнулся на сопротивление крупных землевладельцев, представленных сенатом.

Однако народное собрание, на которое явилось много крестьян, приняло закон и выбрало комиссию для его проведения в жизнь. Но когда Тиберий выставил свою кандидатуру в народные трибуны на второй срок, его противники мобилизовали все свои силы, обвиняя Гракха в намерении стать царем. В день голосования его враги привели своих сторонников и клиентов. Дело кончилось настоящим побоищем. Тиберий и 300 его защитников были убиты.

В 124 г. до н. э. народным трибуном был избран брат Тиберия Гай Гракх. Он попытался создать широкий фронт из различных социальных слоев, противопоставив его сенату. В пользу городского плебса он провел так называемый фрументарный закон о снижении для бедноты цен на пшеницу; проект нового дорожного строительства должен был дать заработок подрядчикам и наемным работникам; в пользу откупщиков и всадников проводился закон о сдаче на откуп десятины с новой провинции Азии и об участии всадников в судах. Крестьян должен был удовлетворить и закон, ограничивавший военную службу 17 годами, предоставлявший вооружение за счет государства и распространявший на солдат право апелляции к народному собранию. Гай предложил также основать колонии в Капуе, Таренте и Карфагене с наделением колонистов участками в 200 югеров.

Наконец он выступил с предложением дать гражданство союзникам. Но именно это и не понравилось римскому плебсу, не желавшему делить свои права и преимущества с «чужеземцами» — италиками. Оппозиция начала агитацию против Гая, обвиняя его в пренебрежении к проклятию, наложенному на землю Карфагена. На народном собрании произошло столкновение между сторонниками и противниками Гая. Консул Опимий, наделенный чрезвычайными полномочиями, вывел против грак-ханцев отряд наемных критских стрелков. Три тысячи сторонников Гая были убиты, сам он приказал своему рабу убить себя.

Комиссия, успев наделить земельными участками от 50 до 75 тыс. семей, была распущена, а по закону 111 г. до н. э. земля, как полученная от комиссии, так и оккупированная к тому времени в Италии и провинциях, была объявлена частной независимо от площади имения, т. е. не обложенной рентой и не подлежавшей переделам. Фрументарные и судебные законы сохранились, и участие всадников в судах сделало судебные процессы оружием в борьбе различных групп.

Но восстановить римскую общину крестьян и воинов, на что в конечном счете были направлены усилия Гракхов, было уже невозможно.

Начавшаяся в 111 г. до н. э. война с претендовавшим на нумидийский престол внуком Масинисы Югуртой показала, как далеко зашло разложение римской армии и ее командного состава. Во время этой войны выдвинулись Марий и Сулла, которые сыграли огромную роль в судьбах Римской республики. Гай Марий был родом из небольшой деревни у г. Арпина и начал свою военную карьеру под покровительством Цецилия Метелла, клиентом которого состоял его отец. Помощь Метелла, личная храбрость, а затем брак с женщиной из знатного рода Юлиев (сестра отца Юлия Цезаря) — все это помогло Марию сделать карьеру, казалось бы невозможную для незнатного человека. Пройдя все магистратуры, он в 107 г. до н. э. был избран консулом (затем он избирался консулом еще 7 раз) и провел военную реформу. Отныне в армию могли вступать все желающие независимо от ценза, с тем чтобы кроме жалованья и военной добычи солдаты, выйдя после 20 лет службы в отставку, имели земельный надел. Аграрный вопрос получал новую окраску: за земельные наделы боролась беднота, служившая в армии, а армия гораздо эффективнее, чем народное собрание, отстаивала свои интересы. Вместе с тем ветераны рассчитывали получить земельные наделы от своего командира, а не от римского народа. Связь солдат с гражданской общиной слабела. Зато укреплялась их зависимость от командующего армией, который защищал перед правительством их интересы.

Нарушалась традиционная связь понятий «воин» и «гражданин»: теперь уже не каждый гражданин обязан был быть воином. Все это свидетельствовало о кризисе Рима как гражданской общины. Единственной реальной силой становилась армия. Прежде она была направлена вовне, реформа Мария делала ее способной действовать и внутри Рима.

Марий ввел в армии железную дисциплину и изменил ее строй, разбил Югурту, бежавшего к мавританскому царю Бокху. Договариваться о выдаче Югурты был послан квестор Мария, потомок знатного рода Корнелиев Сулла. Он добился выдачи Югурты, положив тем самым начало своей головокружительной карьере. Армия Мария с честью выдержала и другое испытание— войну с вторгшимися в Галлию и Северную Италию германскими племенами кимвров и тевтонов, нанесших римлянам ряд поражений, но в конце концов разбитых Марием, взявшим 150 тыс. пленных.

В 101 г. до н. э. коллега Мария по консульству Аквилий подавил новое, длившееся три года восстание рабов в Сицилии.

Как и первое, новое восстание в Сицилии привело к оживлению движения плебса. В I в. до н. э. складываются два направления в политической жизни Рима, именовавшиеся оптиматы (аналог греческого термина «аристой» — наилучшие) и популяры (соответствовавшие греческому понятию «вожди народа»). Оптиматы защищали власть сената и нобилитета, популяры ратовали за аграрные и другие законы в пользу плебса, за усиление власти народных трибунов и народного собрания. Речи популяров нашли отклик в различных слоях. В среде плебса оживали легенды о римских царях-народолюбцах, и особенно о Сервии Туллии, освобождавшем народ от зависимости; стали особо почитаться Фортуна, унижающая высокопоставленных и возвышающая простых людей, и Лары — гаранты справедливости, защитники маленького человека и рабов. В посвященных их культу поквартальных коллегиях объединялись плебеи и рабы.

В конце II и начале I в. до н. э. вождем популяров был Марий. Его требование наделить землей ветеранов натолкнулось на противодействие сената, что грозило свести на нет его военную реформу и подорвать его личный авторитет. Вспыхнули новые волнения. Благодаря голосам ветеранов в 100 г. до н. э. народное собрание приняло закон об основании для них колоний в Галлии, Сицилии, Македонии и Африке. Но участие Мария в подавлении волнений подорвало его популярность, и ему пришлось удалиться в Азию.

Оптиматы временно одержали победу, но напряженная обстановка сохранилась. Италики стали требовать римского гражданства. Получив отказ сената, они восстали. Началась так называемая Союзническая война, длившаяся с 91 по 88 г. до н. э. На стороне повстанцев выступили бедные племена Италии; Риму оставались верными крупные землевладельцы, граждане колоний и греческих городов. Повстанцы, овладевая колониями, убивали римлян и местную знать; простой народ и освобожденных рабов зачисляли в свою армию, которая насчитывала уже до 100 тыс. человек. Риму приходилось прибегать к найму отрядов испанцев, галлов, нумидийцев. Римской армии не удалось добиться успеха, и Риму пришлось пойти на уступки. В 89 г. до н. э. вся Италия к югу от По получила римское гражданство.

Римскими гражданами стали теперь все жители Италии, а это значило, что практически утратило свою роль народное собрание Рима. Исчезла и связь гражданства в общине с правом владеть землей на ее территории. Теперь каждый житель Италии мог владеть землей где угодно. Новым гражданам стала доступна служба в легионах, за которую они получали землю, а влияние главнокомандующих распространилось на всю Италию. Она полностью романизировалась.

Но в провинциях сохранялось сложное положение. Началась война с царем Понта Митридатом Евпатором. Он захватил почти все Черноморское побережье и значительную часть Азии. В провинциях Митридата принимали как освободителя. По его призыву жители Малой Азии в один день перебили 80 тыс. проживавших там римлян, италиков, их . отпущенников и рабов.

Вопрос о том, кто будет командовать в войне с Митридатом, привел к гражданской войне в самом Риме. Сенат желал поручить командование Сулле, уже зарекомендовавшему себя талантливым полководцем. Популяры же выставляли кандидатуру Мария. Между сторонниками и армиями того и другого началась война, в ходе которой Рим многократно переходил из рук в руки, и каждый раз взятие города сопровождалось расправой с противниками. Наконец Сулла добился командования в войне с Митридатом, разбил его армию, вернул потерянные провинции, заключил с Митридатом мир, вернулся в Италию и захватил Рим.

Назначенный диктатором, он обнародовал списки лиц, которые подлежали казни, а их имущество— проскрипции. Донесшие на скрывавшегося проскрипта получали награду, а рабы — свободу. Из 10 тыс. таких освобожденных Суллой рабов (они получили имя Корнелий) он организовал свою личную гвардию. Конфискованное имущество с аукциона продавалось сторонникам Суллы (между ними были также Красе и Помпеи), сколотившим себе огромные состояния. Сторонники Мария (сам он к тому времени умер) были казнены на Марсовом поле, многие города разрушены. 120 тысяч ветеранов Суллы получили земли репрессированных лиц и городов. Число сенаторов возросло за счет сулланцев с 300 до 600. Власть народных трибунов ограничивалась, зато власть провинциальных наместников становилась абсолютной. Всадники были отстранены от участия в судах. Сулла ввел чрезвычайные суды, рассматривавшие и каравшие тяжелые преступления. Диктатура Суллы была шагом на пути создания государственного аппарата. Но социальная база диктатуры Суллы была узкой: против него были настроены всадники, дельцы, плебеи, лишившиеся своих имений землевладельцы, провинциалы. По словам Цицерона, в провинциях ненавидели даже самое имя «римляне». Война с Митридатом показала, что население провинции готово восстать при первой же возможности.

Не случайно сразу же после смерти Суллы в 79 г. до н. э. начались новые смуты. В Испании утвердился марианец Серторий, пользовавшийся популярностью среди испанских племен. С войском, состоявшим из испанцев и бежавших к нему марианцев, Серторий нанес ряд поражений Помпею. Только после предательского убийства Сертория его армия была наголову разбита. Но в 73 г. до н. э. началась новая война с Митридатом. Командовавший римским войском Л. Лукулл первоначально одержал ряд побед, взял столицу Митридата Синопу и огромную добычу. Однако дальнейшее продвижение было остановлено из-за начавшихся мятежей в его армии.

В 74 г. до н. э. во время неудач на внешних фронтах и в разгар внутренних смут вспыхнуло восстание рабов под руководством Спартака, фракийца, отданного в гладиаторы за отказ служить в римских вспомогательных войсках, которые поставляли Риму цари Фракии. Античные писатели характеризовали Спартака как талантливого полководца и блестящего организатора. С семьюдесятью товарищами он бежал из гладиаторской школы в Капуе; вскоре к нему начали стекаться сельские рабы из Кампании, а затем и из других областей Италии. Армия Спартака быстро росла, достигнув огромной численности— 80, а по другим подсчетам, даже 100 тыс. человек. Римские войска терпели одно поражение за другим. Римские историки считали, что целью Спартака было вывести рабов за Альпы, в свободную Галлию.

И действительно, поначалу Спартак победоносно пробивался на север Италии. При городе Мутине (совр Модена) он разбил войско наместника Цизальпинской Галлии, открыв себе путь к Альпам. Но затем, вместо того чтобы их перейти, повернул обратно. Причины этого решения неясны. Некоторые современные историки считают, что среди повстанцев начались разногласия, другие полагают, что Спартак с самого начала намеревался взять Рим. Во всяком случае он двинулся на юг и в Пицене разбил армию обоих консулов. Тогда сенат выслал против него наделенного чрезвычайными полномочиями претора М. Лициния Красса, на помощь которому были вызваны Лукулл и Помпеи из Испании. Спартак пошел дальше на юг, надеясь с помощью пиратов переправиться в Сицилию и поднять там рабов. Однако пираты его обманули, и весной 71 г до н э , несмотря на мужественное сопротивление в Апулии, повстанцы были разгромлены армией Красса. Сам Спартак погиб в бою, остатки его войска были добиты солдатами Помпея, 6 тыс. человек было распято вдоль Аппиевой дороги. Восстание Спартака показало, что рабы, в первую очередь сельские, превратились в многочисленный и враждебный господам класс, для подавления которого требуется сильная государственная власть.

Борьба шла не только между рабовладельцами и рабами, но и между крестьянами и крупными землевладельцами, объединенными в сословия сенаторов и всадников. В центре внимания снова был аграрный вопрос, принявший в это время несколько иные формы. Ветераны и беднота требовали наделов и гарантии от захвата их участков. Крупные собственники выступали против переделов земли. Их имения во много тысяч югеров возделывались в основном арендаторами-колонами, состоявшими у них в клиентеле, кабальными должниками, закованными рабами.

Из посвященного сельскому хозяйству труда римского ученого Варрона мы знаем, насколько усложнилась его организация по сравнению со временем Катона.

Сказались накопление опыта, знаний, разделение труда в разных отраслях сельского хозяйства, система наказаний и поощрений, обособление функций значительно возросшего административного персонала виллы.

В городах, особенно в Риме, росло число ремесленников разных специальностей, работавших на заказ и на продажу, множились ремесленные коллегии, возникали довольно крупные мастерские. Спрос на предметы роскоши удовлетворяли ювелиры, чеканщики, парфюмеры, красильщики тканей. В этих отраслях работало много рабов и отпущенников, часто греков. В исконных ремеслах — кузнечном, плотничьем, сукновальном — трудились свободнорожденные плебеи. На постройках общественных и частных зданий были заняты многочисленные архитекторы, живописцы, строительные рабочие из свободных и рабов.

Строительная техника значительно усовершенствовалась. Римляне научились воздвигать своды и купола, что позволило увеличить размеры зданий. Открытие способа изготовления бетона дало возможность придавать стенам гладкую поверхность и расписывать ее фресками с монументальными фигурами и пейзажами. Специально обученные рабы окружали дома богатых людей садами. Строились и многоэтажные дома. Торговали не только предметами роскоши, но и продуктами питания, одеждой, обувью, изделиями из дерева и металла. Достигнутый уровень социально-экономического развития стал несовместимым с порядками старого, крестьянского Рима, превратившегося в центр огромной державы.

Республика, управляемая богатевшим за счет.ограбления провинций нобилитетом и немногочисленнымми посетителями народных собраний, не могла ни решить насущные вопросы времени, ни создать более широкую базу римской власти в провинциях. Не могла она и включить в старую систему новую армию. Сенат, понимая, что она необходима для удержания в повиновении старых и покорения новых земель, вместе с тем постоянно вступал в конфликты с главнокомандующими, а следовательно, и с армией, когда дело доходило до наделения землей ветеранов. Главнокомандующему же, чтобы не потерять свой авторитет, прихода, лось в этом вопросе опираться на народное собрание, а значит, идти на уступки плебсу.
Источник - http://www.countries.ru.



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

ЭТРУССКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ В АФРИКЕ
РИМ В НАЧАЛЕ БОЛЬШИХ ЗАВОЕВАНИЙ. 270 – 130 гг. до Р. X
Беллона
Падение сенатской республики
Древне-Римская цивилизация






  №1 написал: Малинин (12 сентября 2009 03:25)


Прекрасно! в ожидании продолжения!


  №2 написал: Jeduard (5 октября 2009 18:09)


Захватывающе

 

      
2008 - 2017 Lostcivilization.info