Мифы Ангкора

Мифы Ангкора
Под мифами Ангкора я понимаю ЗДЕСЬ отдельные составляющие виртуального Ангкора – всего комплекса сегодняшних представлений об Ангкоре реальном. В статье «Современные представления о прошлом Ангкора» показано, что в представлениях о прошлом Ангкора имеются мифические элементы. В статье «Феномен Анри Муо, «первооткрывателя» Ангкора» выполнена идентификация мифа «Анри Муо — первооткрыватель Ангкора». В ЭТОЙ статье продолжена идентификация мифов Ангкора.
Мифы Ангкора
Под мифами Ангкора я понимаю ЗДЕСЬ отдельные составляющие виртуального Ангкора – всего комплекса сегодняшних представлений об Ангкоре реальном. В статье «Современные представления о прошлом Ангкора» показано, что в представлениях о прошлом Ангкора имеются мифические элементы. В статье «Феномен Анри Муо, «первооткрывателя» Ангкора» выполнена идентификация мифа «Анри Муо — первооткрыватель Ангкора». В ЭТОЙ статье продолжена идентификация мифов Ангкора.

Ангкор — огромный средневековый город
Никаких прямых свидетельств существования средневековой кхмерской империи в просмотренных мной публикациях я не нашел. Имеется только неявно введенная аксиома: Ангкор — огромный средневековый город с величественными храмами, просто обязан был быть центром империи, из которого осуществлялось духовное и административное руководство обширными территориями. То есть, общепринятое мнение о существовании средневековой кхмерской империи вторично по отношению к мнению «Ангкор — огромный средневековый город 9-15 веков, центр кхмерской империи». И если выяснится, что мнение «Ангкор — огромный средневековый город …» не основано на фактических данных, это будет означать то, что кхмерская империя является мифом.
Сегодня мнение «Ангкор — огромный средневековый город …» находится в процессе трансформации. Отправная точка этого процесса – французский продукт «Ангкор Тхом — огромный средневековый город …». В соответствии с ним огромный город был расположен на территории Ангкор Тхома, площадь которой больше 9 квадратных километров. По публикациям [6, 7, 8, 9 и др.] мне удалось отследить элементы обоснования этого продукта. В обобщенном виде они приведены на рисунке 1.

Рисунок 1. Блок-схема обоснования мнения «Ангкор Тхом — огромный средневековый город 9-15 веков, центр кхмерской империи».

В статье «Результаты радиоуглеродного датирования Ангкора» сделан вывод о том, что официальные результаты радиоуглеродного датирования Ангкора не подтвердили сформированную французами версию его хронологии. Достоверность других элементов обоснования мнения «Ангкор Тхом — огромный средневековый город …» рассмотрена ниже.

Немного лингвистики
Принятые сегодня версии перевода названия храмового комплекса «Ангкор Тхом» являются неявно введенными обоснованиями мнения «Ангкор Тхом — огромный средневековый город …»:
— «The name Angkor derives from the Sanskrit word nagara (“holy city”) which is nakhon Thai and may have been pronounced nokor or oncor in Khmer.» [9];
— «Angkor Thom, the last capital, was indeed a “Great City” as its name implies, and it served as the religious and administrative centre of the vast and powerful Khmer Empire.» [9];
— «The word “Angkor” is derived Sanskrit … of “Nagora” which means “City”. Angkor Wat literally means “City of Temple” and Angkor Thom “ The Magnificent City”.» [7];
— «Angkor Thom – This name means “Great Capital”, and refers to the capital of the Khmer Empire …» [6].
Нам нет нужды разбираться в смысле второй части словосочетания «Ангкор Тхом» по причине того, что она появилось в названии храмового комплекса сравнительно недавно. На французской карте Ангкорского региона 1866 года Ангкор Тхом назван “ANGCOR LA GRANDE” – великим Ангкором [9] (смотри рисунок 3 в статье «Современные представления о прошлом Ангкора»). Никакой приставки «Тхом» там нет, хотя Ангкор Ват уже имеет приставку «Ват», что означает на тайском языке храм [9]. Приставка «Ват» присутствует и в названиях других храмов, в частности в названиях храма анкгорского периода Wat Phu Champasak (Южный Лаос). Французский миссионер Pere Chevruel в 1672 году написал следующее: «There is an ancient and very celebrated temple situated at a distance of eight days from the place where I live. This temple is called Onco, and it is as famous among the gentiles as St. Peter\’s at Rome» [9]. Из этого следует, что «Onco» относится только к знаменитому среди язычников храму, вне зависимости от того являлся ли им Байон или Ангкор Ват. Следовательно «Onco» (nagora/ nagara) не может переводиться как «святой город». Храм не город.
Мое мнение по рассмотренным выше толкованиям словосочетания «Ангкор Тхом» выглядит следующим образом. Санскритское слово nagara/nagora на русский язык переводить не нужно. Его смыл и в Санскрите и в русском языке примерно одинаков и означает святой (или высокодуховный). Например, «нагорная проповедь», «нагорный храм». Слово «Ангкор» применительно к храмовому комплексу означает святое (высокодуховное) место, а применительно к храму – святой (высокодуховный) храм. Приставка «Ват» к слову «Ангкор» — его же калька. Приставка «Тхом» добавлена в название храмового комплекса Ангкор Тхом не ранее второй половины 19 века. Цель ее добавления – неявное обоснование мнения «Ангкор Тхом — огромный средневековый город …».

Агрокультурный очерк Ангкорского региона
На равнинных участках Камбоджи, Южного Лаоса и Южного Вьетнама доминируют два типа почв. Один из них назовем красноземом. Этот тип почв занимает наибольшую площадь. Второй тип – пойменные почвы. Их частный случай – почвы речных дельт. Функционально эти два типа почв отличаются кардинально. В прошлом, когда не применялись искусственные удобрения, 2-3 урожая риса в год земледельцы могли собирать только на участках с пойменными почвами. При этом основой поддержания их высокого плодородия являлись естественные отложения ила во время наводнений. Участки с пойменными почвами могут относительно легко орошаться в сухой сезон за счет строительства каналов, водозаборы которых расположены выше по реке. Таким образом, продуктивность участков с пойменными почвами лимитирована продолжительностью наводнений, во время которых они находятся под водой.
В красноземах питательных веществ для растений мало. Об этом можно судить по относительно скудной травянистой растительности саванны, с которой эти почвы связаны генетически. Продуктивность красноземов лимитирована наличием в них питательных веществ. То есть, строить ирригационные системы для орошения в сухой сезон участков с красноземами имеет смысл только в том случае, если есть уверенность, что питательных веществ в них будет достаточно для выращивания 2 урожаев риса в год в течение относительно длительного периода времени. Во второй половине сухого сезона я проехал центральную и восточную Камбоджу и Южный Лаос. При этом не видел ни одного орошаемого поля на красноземах. Внимательно осмотрел и систему рисовых полей на острове Дондет (Южный Лаос). Остров находится между протоками реки Меконг. Но почвы на нем красные. В протоках, омывающих остров, есть участки с быстрым течением, а уровень воды в них всего на 2 метра ниже поверхности земли. То есть простейшим водоподъемным колесом (чигирь) можно оросить значительный участок земли. Но это не делается. По результатам моих наблюдений можно сделать однозначный вывод: получение двух урожаев риса в год с красноземов без применения удобрений невозможно. Если это невозможно сегодня, то это было невозможным и в прошлом. Поэтому строить ирригационные системы для орошения красноземов в прошлом не имело смысла.
Возделывание риса на красноземах – относительно простое занятие. Рисовые поля разбиты на чеки, отделенные друг от друга невысокими валиками. В начале сезона дождей (май-июнь) вода пропитывает верхний слой краснозема. Он набухает и не пропускает воду в нижние слои. Вода от дождей перестает впитываться в землю и покрывает ее небольшим слоем. После того, как вода пропитает верхний слой краснозема, его «пашут» и сажают рис. Дожди регулярно пополняют запас воды в верхнем слое краснозема и над ним. Никакой необходимости в дополнительном поливе рисовых чеков, или отводе лишней воды нет. Так продолжается весь сезон дождей. В конце сезона (август-сентябрь) рис косят, слегка подсушивают и обмолачивают. Часть рисовой соломы сжигают на чеках. Все. Поле отдыхает до следующего сезона дождей.
Систему сельхоз- и рыбных угодий Ангкорского региона я осмотрел относительно внимательно. Посетил ключевые пункты, с горы, на которой расположен храм Phnom Krom, осмотрел окрестности в бинокль. Высота горы около 80 метров. Обзор с нее хороший. На севере региона находятся невысокие горы (вернее холмистое поднятие) Кулен. На юге – озеро Тонле Сап. От подошвы гор до озера расположена плоская равнина, на которой развиты в основном красноземы. Практически все участки красноземов окультурены. На них расположены рисовые поля и редкие деревни. Но про один важный элемент сельхозугодий я ничего определенного сказать не могу. На карте Ангкорского региона (смотри рисунок 2 в статье «Современные представления о прошлом Ангкора») показана система искусственных каналов, вода в которые поступает из Западного Барая (водохранилища) и реки. По моему мнению, водохранилище и каналы являются частью современной ирригационной системы, обеспечивающей интенсивное земледелие (то есть, с применением удобрений). Кроме того, в сухой сезон необходимо поливать плантации кокосовых пальм и бананов.
В реке Тонле Сап, соединяющей одноименное озеро с Меконгом, периодически меняется направление течения воды. Это связано с тем, что в сезон дождей уровень Меконга поднимается, и его воды по реке Тонле Сап текут в озеро. Уровень озера тоже поднимается. В сухой сезон уровень Меконга снижается, и вода вытекает из озера по реке Тонле Сап. Это приводит к большим колебаниям уровня озера, что определяет особенности выращивания риса в дельте реки Сием Риап. В сезон дождей дельта реки затоплена водами озера. В сухой сезон озеро отступает и в дельте реки Сием Риап выращивается рис. Его искусственный полив осуществляется водами реки. Таким образом, на большей части дельты реки Сием Риап выращивание риса возможно только в сухой сезон.
Общий вывод однозначен. В Ангкорском регионе при ведении экстенсивного сельского хозяйства не имеется условий для выращивания 2-3 урожаев риса в год. Утверждение о том, что это было возможно в период расцвета средневековой кхмерской империи не основано на реальных природных условиях региона. Попросту говоря, это один из мифов Ангкора.
Как я понял, одним из участников процесса формирования мифа о высокой культуре земледелия в Ангкорском регионе в период существования кхмерской империи являлся В.В. Голубев, французский востоковед русского происхождения (В.В. Голубев изучал Ангкор в период между двумя мировыми войнами). Он обосновал, что Западный и Восточный Бараи являлись водохранилищами, а запас воды в них обеспечивал орошение в сухой сезон 15 тысяч гектар полей, в том числе 14 тысяч гектар рисовых чеков [1]. По результатам наблюдений с борта самолета В.В. Голубев выявил сеть древних ирригационных каналов в пределах участков площадью 20 квадратных километров, прилегающих с запада и востока к Ангкор Тхому. По вышеприведенной информации можно высказать два замечания.
1. 20 квадратных километров с сетью ирригационных каналов соответствуют 2 тысячам гектаров, что на порядок меньше рассчитанной В.В. Голубевым площади орошаемых земель Ангкорского региона (15 тысяч гектар). То есть, теоретические расчеты потенциальных возможностей поливного земледелия в регионе, выполненные В.В. Голубевым, не соответствуют им же зафиксированным фактическим данным.
2. Тезис о том, что объекты названные Восточным и Западным Бараями являлись в прошлом водохранилищами в публикациях «по Ангкору» последних лет не присутствует.
Можно сделать простые расчеты, иллюстрирующие возможности поливного земледелия в Ангкорском регионе по принципу водохранилище-канал-поле. В сезон дождей на рисовые поля выпадет около 200 сантиметров осадков (2,0 метра). Это и есть верхний предел необходимого количества воды для выращивания урожая риса. Примем, что это количество можно безболезненно для урожая сократить в два раза. Глубина водохранилища для полива рисовых полей в сухой сезон в прошлом не могла быть больше 2,0 метров, так как она лимитирована небольшим уклоном поверхности земли в равнинной части Ангкорского региона. Для того чтобы вода полностью вытекла из более глубокого водохранилища, пришлось бы прорывать канал «под уклон» на большие расстояния. Но вода, накопленная в водохранилище в сезон дождей, в сухой сезон будет испаряться. По моим наблюдениям уровень воды в искусственных водоемах (как я понял, они образовались, в основном, в результате выемки грунта при строительстве дорог) за первую половину сухого сезона уменьшился в результате испарения более чем на 1 метр. Таким образом, из запаса воды в водоеме глубиной 2 метра на полив риса можно использовать только половину. Исходя из этих простых посылок понятно, что для орошения 1 гектара риса необходимо водохранилище площадью 1 гектар. Само же водохранилище можно сделать только на красноземах. Только они «держат» воду не давая ей просачиваться в нижние горизонты. То есть, для получения еще одного урожая в сухой сезон на орошаемом участке фиксированного размера, рисоводы должны отказаться от получения одного урожая в сезон дождей на участке того же размера, отведенного под водохранилище.
Обосновать видимую эффективность поливного земледелия в Ангкорском регионе можно за счет уменьшения количества воды, необходимого для получения урожая риса (по моим расчетам у В.В. Голубева эта цифра составляет 0,7 метра, без учета испарения) и увеличения глубины водохранилища (по моим расчетам у В.В. Голубева глубина водохранилища составляет 3,3 метра). Но эта видимая эффективность поливного земледелия по принципу водохранилище-канал-поле нуллифицируется, если принять во внимание потери воды в каналах (за счет испарения и фильтрации в нижние горизонты), а общую их площадь приплюсовать к площади водохранилищ. Отмечу, что в моих расчетах не принимается во внимание трудозатраты на строительство ирригационной системы и поддержания ее в рабочем состоянии. В целом, тезис о существовании в прошлом в Ангкорском регионе ирригационных систем, обеспечивающих получение 2-3 урожаев риса в год, является одним из мифов Ангкора. Это следует и из новейших фактических данных – в результатах археологических исследований и радарной съемки Ангкорского региона такие объекты, как элементы средневековых ирригационных систем, не значатся.
В туристических справочниках написано, что воды озера Тонле Сап богаты рыбой. Я проверил это утверждение косвенным образом – осмотрел расположенную на его берегу рыбацкую деревню. Бедность деревенских жителей удручающая. Они живут в маленьких домиках на сваях. Стены домиков и крыши сделаны в основном из сухой растительности. Но несколько домиков явно принадлежат местным богатеям. Их крыши крыты жестью. По виду местных жителей можно сказать, что они, рыбаки, жены рыбаков и дети рыбаков, досыта рыбы не едят. Это при том, что их лодки выглядят вполне прилично по сравнению с вьетнамскими плетеными корзинам, на которых они ловят рыбу в прибрежных морских водах Южного Вьетнама. Утверждение о рыбных богатствах озера Тонле Сап в прошлом – еще один миф Ангкора.

А.М. Тюрин

Оцените статью
Добавить комментарий

2 × один =